четверг, 9 июля 2009 г.

Немного истории. Глава III.

- Не уверен что так лучше... - одноглазый почесал затылок, едва не задев повязку а-ля Кутузов.
- А если так: "Подобно острым гвоздям входили её ресницы в его рыхлое тело..." так пойдет? Или как? Может так: "Он тут же всё почувствовал как и она..." По-моему лирично, что скажешь? - Мигель с нескрываемым любопытством смотрел на оппонента.
Одноглазый томил писателя своим долгим молчанием. Он повернулся вполоборота на стуле и принялся рассматривать рыночную площадь. Всё происходящее перед глазами, одноглазый мог бы описать пятью словами "The Truth is Out There", слабо понимая что это означает и теряясь в догадках откуда он это знает.
- Гляди! Боб идет! - Мигель приветственно помахал фигуре вдали.
- Боб на выставке шляп? Знаешь, мне даже иногда кажется, что он сам не совсем понимает где находится и что делает... - Одноглазый осторожно рассматривал (как мог естественно) Боба. - А еще он добрый и простой. Иногда, мне кажется что раньше, в те, далекие времена, все были как Боб. Добрые и простые. И жили добро и просто. И вечно. И музыка была наверное, сказочная...
Весь монолог Одноглазого, Мигель просидел скрививше лицо в неистовом акте понимания, который в принципе, удался не полностью. Правильная и красивая речь его завораживала, и он силился запомнить хоть что-то, что бы потом использовать в книге. Но наверное его память раньше, в те, далекие времена пренадлежала предателю, ибо из того что хотел Мигель не мог запомнить ровным счетом - ничего...